или встреча со Смертью
Дверь лавки открылась без скрипа. Хотя обычно она так не умела. Более того, она обычно гордо скрипела, как будто хотела напомнить, что на ней сэкономили на петлях. Но сейчас — ни звука.
Вошёл высокий, худощавый… ну, не человек… в чёрном. Настолько в чёрном, что, если бы рядом стоял кусок угля, уголь бы смущённо покраснел. Глаза его светились голубым огнём, а голос звучал так, будто кто-то забыл выключить похоронный колокол в морозное утро.
— У МЕНЯ ДЛЯ ТЕБЯ ВОПРОС, — сказал он, опираясь на косу, будто на трость. Коса выглядела так, будто она была на пенсии и давно подумывала сменить профессию на что-то менее стрессовое. Например, на мотыгу.
Мадам Шоколина кивнула. Она уже видела странных клиентов. Были те, кто спрашивал: «А у вас есть шоколад без калорий, но с двойным вкусом?» Или те, кто хотел «шоколад для медитации, но, чтобы без сахара, без какао и без смысла». Однако Смерть — это было что-то новенькое.
— Какой именно? — осторожно уточнила она.
— КАК МОЖНО ПРИГОТОВИТЬ ШОКОЛАД, КОТОРЫЙ ЛЮДИ ПОСЧИТАЮТ СВОИМ ПОСЛЕДНИМ?
Она задумалась. В её голове пронеслись рецепты: «Пралине Печали», «Трюфель Тоски» и, конечно, «Карамельный Кризис Среднего Возраста». Но что-то подсказывало, что клиент ждёт чего-то особенного.
— Это будет особый шоколад, — наконец сказала Мадам. — Глубокий вкус. Лёгкая горечь, но с чем-то удивительным в послевкусии. Так, чтобы человек почувствовал не конец, а… смысл. И желательно, чтобы он не задавался вопросом: «А почему я не съел это раньше?».
Смерть медленно кивнул. Если бы кивок можно было записать на диктофон, он бы звучал, как философский вопрос.
— ХОРОШО, — сказал он. — Я ВОЗЬМУ ДВА.
— Два? — переспросила Мадам.
— ОДИН ДЛЯ ПРОБЫ. ВТОРОЙ — НА ПОТОМ.
Он взял конфету, развернул её и не спеша попробовал. На мгновение в лавке повисла тишина, настолько глубокая, что Мадам показалось: исчезли все звуки мира. Даже старые часы на стене, которые обычно тикали с выражением, решили, что сейчас не время.
Смерть задумчиво кивнул.
— ВОТ ЭТО ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ВКУС, КОТОРЫЙ Я ЗАПОМНЮ. — Он сделал паузу и добавил: — ЕСЛИ, КОНЕЧНО, НЕ ЗАБУДУ.
И ушёл.
Дверь за ним закрылась так же бесшумно, как и открылась. И только тогда Мадам поняла, что он так и не оплатил конфету. Но вздыхать было бесполезно. В конце концов, в счёте за услуги Смерти обычно всё уже включено.
